Начало зимы казалось безрадостным… Дни всё короче – ночи длиннее. А на душе печаль. Она наваливалась в редкие часы, а то даже минуты отдыха от службы.
Небольшой гарнизон, утонувший в лесах, заброшенный в паутину рек и озер неповторимого Валдайского края. И лишь тонкая дороги, рассекающая вековой лес, связывает с небольшой железнодорожной станцией, островком относительной цивилизации. А дальше — дальше узловая станция, но до неё пара десятков километров.
А в самом гарнизоне – служба. Служба у всех, у кого на плечах погоны. Работа у тех, у кого погон нет. Но у всех одно важное дело — хранение боеприпасов и производство некоторых видов вооружения.
Счастливы те, кто счастлив в семейной жизни. А каково тому, кто вечера проводит в одиночестве, вспоминая то, что скрыто за лесными массивами. Не скажешь:- за горизонтом. Горизонта просто нет, он разорван в мелкие клочья остроконечными вершинами елей, прорезан свечками берёз.
Остаётся только выйти к реке, медленно промерзающей от первых морозов, да и написать…
Уж льдинки по реке плывут, шурша ворчливо,
Пал на поля снежок, заплатки налепив,
А тополь всё стоит на взгорке сиротливо –
Он также как и я печально молчалив.
Пустынно всё вокруг, давно уж рощи голы,
Где соловей сплетал свой песенный венок,
Но не осенний вид наполнил сердце болью,
А тополь, что грустит – как я он одинок.
Ещё вчера сиял луч солнечной надежды,
И всё казалось мне, что сбудутся мечты,
Но с грустью понял я, что одинок как прежде,
И понял, что меня уж забываешь ты.
А тополь всё стоит на взгорке сиротливо,
И гонит от себя он стаи белых мух.
Он ждёт свою весну, с надеждой, терпеливо,
А я уж без надежд завидую ему.
А зима наступает, хоть и медленно, но неотвратимо. Вьюжит, пуржит, заметает дороги. И вот уже на службу идти приходится по темноте, а уж со службы-то и подавно.
Дневная суета отвлекает, но вечер, вечер снова вдвоём с молчаливым телефонным аппаратом.
И вспоминается весна, минувшая весна…
Дождь прошёл, подсыхает трава,
А по небу лазурь разливается,
И кружится моя голова,
И стихи в моём сердце слагаются.
Расцветает на Солнце сирень,
Вот уж яблони цвет распускается –
В этот вешний сверкающий день
О любви и о счастье мечтается!
О, мечты! Вы зовёте меня
В дали дальние, дали туманные…
Птички как колокольцы звенят…
И мечтаю я встретить желанную…
И встретил, и жизнь наполнилась иным содержанием, и дела спорились, и служба шла веселее.
И иные лились стихи — радостные, словно из души…
Если ты проснёшься ночью светлой
И на небо глянешь, загрустив,
Знай, что это я прислал привет свой
Звёздной почтой Млечного пути.
Если днём тебя коснётся радость,
Если рассмеёшься без причин,
Знай, что я тебе, моя отрада,
Шлю любви безоблачной лучи.
Если осень грусть тебе навеет,
Зашуршит у ног опавший лист,
Знай: моя любовь тебя согреет,
Ведь огонь её горяч и чист.
А меня кружит судьба Земная,
И сбиваюсь я порой с пути.
Только знай, что ты – моя родная,
И родней тебя мне не найти!
И вдруг всё ушло, истаяло, скрылось за массивами лесов, лабиринтами рек, ещё недавно сверкающих на солнце, но теперь ставшими свинцовыми, а кое-где уже одевшимися в пока ещё тёмный от тёмной воды под ним, лёд.
Меня тревожит одиночество,
Упрямо душу теребя,
Не потому ли мне так хочется
Увидеть наяву тебя.
Взглянуть в глаза твои бездонные,
Услышать голос чудный твой,
Но предо мной стекло оконное,
Ну а за ним лишь ветра вой.
Но все эти мысля, мечты, чаяния уходят в пустоту.
А утром снова служба, снова заботы, снова насущные дела. А за ними незаметно близится Новый год, который приносит радость всем, всем, всем, но на этот раз всем, кроме меня…
Сегодня тихо падал снег,
Мороз ослабил натиск свой,
И словно замер жизни бег,
Когда я вспомнил образ твой,
И думал, думал о тебе,
Любуясь стройностью берёзок:
"Что значишь ты в моей Судьбе?"
Но всё несбыточно, всё – грёзы…
И вдруг… Это было неожиданно, это казалось невероятным…
Был конец декабря,
и уже я не думал о встрече;
Был конец декабря,
и почти позабыл я тебя.
Мне шептал снегопад:
«Посмотри всё на свете не вечно,
У любви же твоей,
как у хрупкой снежинки судьба.
Покружит над землёй –
белый вальс проиграет ей ветер,
И сверкнёт над тобой
недоступной своею красой.
Вот такую снежинку
себе не радость ты встретил,
Только к ней прикоснись –
обернётся хрустальной слезой».
Был поверить готов
в эту истину очень простую,
И боролся, как мог,
с безмятежной мечтою своей.
И себя убеждал,
что мечту я лелею пустую,
И себя убеждал,
что пора позабыть мне о ней.
За оконным стеклом
я не видел морозных узоров,
Лишь разводы от слёз,
что снежинки с Небес принесли,
И решил, что напрасно
в ночную, тоскливую пору,
Я о встрече с тобой
Богородицу слёзно молил.
А наутро мороз
на стекле вытер насухо слёзы,
Но я понял не вдруг,
от чего же так стало светло –
То звонил телефон,
как снежинки звенят на морозе,
Голос в трубке звенел,
разливая по сердцу тепло.
Был конец декабря
и стоял Новый Год на пороге,
В ярких солнечных бликах
на стеклах сияли цветы…
«Я с вокзала звоню…
я к тебе уже, милый, в дороге…
Пусть же сбудутся все
сокровенные наши мечты!»
*.*.*
Вновь конец декабря,
и стоит Новый Год на пороге,
И прошедшего каждый
сегодня листает листы,
Чтоб не сбиться с пути,
чтобы верными были дороги…
Я желаю всем нам…
чтобы помыслы были чисты!