Странное название по нынешним временам. Архаичное. А играют современно, по боевому. Бьются до конца, не прощая ошибок. Хочется смотреть, привлекает самоотдача и отсутствие робости перед именитыми соперниками.
Крылья это моя молодость. Мой отец и брат. Одной и той же тропой ходили туда и обратно. Получали заряд позитива, несмотря на счет на табло. Обсуждали по дороге увиденное. Махали руками. Что – то доказывали друг другу.
Крылья это наш родственник Лазарь Тригерман родом из Минска. Он не вливался в когорту страстных футбольных болельщиков, но раз в год обязательно приезжал на матч Крыльев с минским Динамо. Посмотреть на земляков, порадоваться или огорчиться за них. Поболеть за минчан, не смущаясь и не злясь.
Воспоминания детства и юности самые красочные, емкие, выпуклые и нестираемые.
Тогда, в моей юности не было кучи телевизионных каналов, тележурналистов, экспертов, комментаторов, рекламы, красочных картинок, прокручивания и разбора отдельных эпизодов игры, судейских ошибок, прогнозов на будущее.
Но раз в неделю наступал праздник. Это когда в киоски завозили еженедельник «Футбол», позже «Футбол – хоккей» Помню был цикл статей о бразильском футболе. Пеле, Гарринча. Я эти статьи вырезал и наклеивал на листочки в отдельной тетради. Позже эти тетради обнаружил брат. Я вставал рано утром и шел к киоску занимать очередь с припасенным пятачком в кармане.
Прокручиваешь ленту времени снова и снова и на душе становится теплее, забываешь про текущие проблемы, отвлекаешься, сближаешься с той эпохой, настроениями, желаниями.
Слегка замутненные, затонированные, в чем – то искаженные прошедшими пластами непростого времени, былой неискушенностью, наивом, молодостью — воспоминания.
Молодость это нити, которые нельзя оборвать.
Это то, что делает стариков мальчишками, мозг восстанавливает в памяти веселые картинки и это помогает переходу из персональной осени в персональную зиму.
20 век, шестидесятые, семидесятые.
Стадион Динамо, затем Металлург.
Простые лица, не всегда трезвые, порой непечатные выражения, редко женщины – болельщицы, сейчас их больше, предвкушение зрелища, ожидание футбольного праздника.
Достаю очки, впиваюсь взглядом в выбегающих футболистов, не только своих, но и соперников, особенно, когда приезжали москвичи: Спартак, Динамо, Торпедо, ЦСКА, Локомотив.
Торпедо уже кануло в лету, а какие игроки там были: Стрельцов, Иванов, Воронин.
Потеряли такой клуб с великими традициями и похоже навсегда.
А Крылья живы и это хорошо и не просто хорошо, а прекрасно.
Без футбольной атмосферы Самара не Самара, точнее не та Самара.
В то далекое время зрелищ у народа было немного и футбольный матч одно из доминирующих.
Патриотизм зашкаливал, особенно радовали редкие победы над московскими клубами.
Самара никогда не признавала себя провинцией, она тянулась за фаворитами и иногда била их, используя свое катеначчио – волжскую защепку.
Покупая в газетном киоске после томительного стояния в очереди таких же фанатичных болельщиков очередной выпуск газеты «Футбол», а позже «Футбол – Хоккей» всегда искал, прежде всего, а что там пишут о наших Крылышках.
Крылья шестидесятых это команда звезд, которые не могли собраться в кучу, так как их постоянно растаскивали и прибирали к рукам более именитые команды, у которых имелись ресурсы для заманивания игроков.
ЦСКА использовало дополнительную возможность в виде призыва в армию.
Забирали самых одаренных и это пробуждало некоторую околоспортивную злость и ревность.
Я, да и многие другие задавали вопрос: «А чем мы хуже москвичей, за что им такая привилегия.
Не трогали бы наших футболистов, мы бы стали чемпионами».
Наивные подростковые рассуждения.
Кухонные разборки там же на кухнях коммунальных квартир и заканчивались.
Жизнь продолжалась, приходили новые игроки, возникали новые сюжеты, нас посещали новые радости и тревоги.
В разное время из команды ушли Галимзян Хусаинов, Борис Кох, Николай Осянин, Борис и Александр Казаковы.
И все исключительно в московские клубы, а оттуда часть из них попадала в сборную СССР.
Щуплый, невысокий, верткий, техничный, неутомимый спартаковец Галимзян Хусаинов и в сборной на своем месте полузащитника отличался отменными качествами. Сейчас бы его называли плеймейкером.
Насколько я помню приглашался в сборную и Николай Осянин, игравший в нападении.
Помню Анатолия Кикина. Мне его фамилия тогда казалась смешной. На поле он выделялся своими габаритами, фактурой, которые не лишали его легкости в движениях и обработке мяча. бойцовскими талантами, способностью преодолевать оборонительные редуты.
Играл впереди и еще один прекрасный футболист — Анатолий Жуков — гроза вратарей, забивавший самому Льву Яшину.
Болельщики очень приветливо встречали популярно в те годы Евгения Гецко – мощного, боевого, ответственного, одаренного футболиста, не уступающего противникам ни пяди пространства. Выносливый, скоростной, прыгучий, как Криштиану Рональдо. На него можно было положиться. Правда, блестящая игра сменялась одиночными неудачами, невыполнением тренерской установки на игру о персональной опеке того или иного футболиста. Тем не менее это был настоящий атлет, влюбленный в футбол, не мыслящий своей жизни без него. Один раз, понаблюдав за ним, запоминался надолго, врезался в память своим обликом, движениями, натиском, страстью.
Гецко был одним из футбольных кумиров самарских болельщиков.
Таким и остается.
Из игроков семидесятых больше всего запомнился Аряпов. Яркая футбольная личность. Немного грузный, крепко сколоченный, бесстрашный,, очень мощный и суперпатриотичный. Такого нельзя было сбить с ног и вывести из себя. И забрать из Крыльев тоже было нельзя.
Из –за сугубо отрицательной селекции итоговыми результатами в чемпионате СССР Крылья Советов как правило, нас не баловали.
Случалось стояли на краю обрыва, то есть перехода в первую лигу, но удерживались и не сваливались.
Не помню в каком году, но фиаско произошло и это стало подлинной трагедией для всех болельщиков Самары, тогда Куйбышева.
Футболисты Самары поклялись вернуться в высшую лигу и, по моему, перестали бриться и клятву сдержали.
Надеюсь, что я ничего не путаю, хотя прошла целая жизнь, но эта футбольная страничка будет со мной до конца.
Вот и сейчас досадно, что не удержали Молло, но что делать, «Крылья Советов» по прежнему не самый богатый клуб в нашем российском чемпионате.
Находясь в Израиле я смотрю все матчи Крыльев и болею с той же страстностью, что в далеком детстве.
А мой брат ходит на матчи и делает отличные фотографии.
Жаль, что с нами нет отца, он ушел более 30 лет назад, а то бы он болел вместе с нами.
Бег времени неумолим и неудержим.
Крылья всегда со мной, где бы я не находился. При их посредничестве я глушу ипохондрию и прорывающиеся нотки бессмысленности дальнейшего топтания асфальта.
Жизнь закрутила так, что я оказался на другом конце планеты. Но это ничего не меняет.
Желаю одного, чтобы Крылья мужали, крепли и не сдавались, как бы не складывались обстоятельства.
Крыльям нельзя вылетать. Для них и болельщиков строят новый стадион. Праздник должен продолжаться.
В сезоне 2015 — 16 годов не удержались в высшей лиге, потеряв двух стержневых игроков. Но я думаю, что вернутся, как возвращались до этого.
И я еще приеду и поболею за них на новом стадионе, построенном к чемпионату мира 2018 года.
А пока привет всем самарским и несамарским болельщикам из солнечного Израиля.
Борис Стрелец
